![]() Главная страница Случайная страница Разделы сайта АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника |
Земля последней надежды
Хотя относительно высокие темпы миграции в Сибирь и связанный с этим прирост численности населения и свидетельствовали о том, что регион очень привлекателен для российских поселенцев, ускоренное заселение Сибири началось только после того, как заселение Черноземья почти достигло порога насыщения. В конце XIX и начале XX века поселенцы прибывали в Сибирь в основном из сильно перенаселенных сельских регионов западной и центральной частей России и Черноземья22. Сибирь, возможно, и была землей благоприятных возможностей, но для некоторых она была еще и территорией вынужденного переселения, а для многих - землей последней надежды. Многие переселенцы оказались на пороге нищеты и голода, вызванных частыми неурожаями и эпидемиями, в своих родных регионах. Необходимо было выбирать между переездом на восток и смертью от голода и болезней. По результатам изучения миграции того периода, правительство сделало вывод, что из-за кризиса в сельских районах России всем сельским переселенцам необходимо разрешить добровольную миграцию23. Однако преодолеть трудности, связанные с удаленностью и климатом, было непросто. Перспектива миграции в Сибирь пугала переселенцев. Известный американский исследователь Джордж Кеннан (George Kennan) в своей книге о путешествии по Сибири описывает, как русские целовали землю перед пограничным столбом между Европой и Азией, прощаясь с Родиной, перед тем как отправиться в долгий холодный путь на восток (см. блок 5-1). ______________________ Глава 5. Сибирь - поле экспериментов и ошибок Блок 5-1. Джордж Кеннан-старший: «По ту сторону сибирского рубежа» «На второй день после нашего отъезда из Екатеринбурга, когда мы проезжали редкий лес между селами Марково и Тугулимская, наш ямщик внезапно осадил своих лошадей и, обернувшись, сказал: «Вот граница». Мы спрыгнули с тарантаса и увидели стоящий на обочине квадратный столб из оштукатуренного или ошпак-леванного кирпича, высотою десять или двенадцать футов, с нанесенным на одной стороне гербом европейской Пермской губернии, а с другой - гербом азиатской Тобольской губернии. Это был пограничный пост Сибири. Ни один пограничный столб в мире не был свидетелем подобного множества людского страдания или прохождения мимо него такого большого числа людей с разбитыми сердцами. Свыше 170 000 ссыльных прошли этой дорогой с 1878 года и более полумиллиона с начала нынешнего столетия... Так как пограничный столб расположен примерно на полпути между последним европейским и первым сибирским этапами, стало традицией разрешать этапам ссыльных останавливаться здесь для отдыха и последнего прощания с домом и Родиной. Российский крестьянин, даже будучи преступником, крайне привязан к своей Родине; вокруг этого пограничного столба можно было стать свидетелем душераздирающих сцен, когда такой этап, возможно застигнутый в пути морозом и снегом, ранней осенью, останавливался здесь для последнего прощания. Некоторые давали волю безудержному горю. Другие утешали плачущих. Иные становились на колени и прижимались лицом к любимой земле своей Родины и набирали немного земли с собой в ссылку. А немногие прикасались губами к европейской стороне холодного кирпичного столба, будто навек прощаясь со всем тем, что он символизирует... Сорвав несколько цветов у фундамента пограничного столба, мы вскарабкались в нашу повозку, сказали «прощай» Европе, подобно сотням тысячам до нас, и помчались прочь в Сибирь». Источник: George Kennan. Siberia and the Exile System. Vol. 1. London: James R. Osgood, Mcllvaine & Co., 1891; reprint: Praeger Publishers, 1970. P. 50-54. Даже сегодня жители отдаленных районов Сибири и российского Дальнего Востока называют европейскую часть России «материком». На протяжении всего периода царского правления заселение Сибири шло медленными темпами и часто в принудительном порядке. Большая часть населения была сосредоточена на западе Сибири, в относительной близости от центра, где климат был мягче24 (средние январские температуры в Западной Сибири колеблются в амплитуде от -15 до -20°, тогда как в Восточной Сибири температура опускается до -30° и ниже). В других местах крупномасштабные поселения создавались в непосредственной близости от линий коммуникации с Центральной Россией. Население городов, примыкающих к железной дороге, очень быстро росло в первое десятилетие строительства Транссиба. Старые сибирские города, удаленные от дороги, напротив, пережили экономический и демографический спад25. 8 Зак. 3 Фиона Хилл, Клиффорд Гэдди. Сибирское бремя ______________________ Тем временем заселение Дальнего Востока оставалось неплотным и разбросанным. Хотя большинство статистических сборников царского периода не проводят различий между миграцией в Сибирь и на Дальний Восток, известно, что строительство более или менее значимых поселений на Дальнем Востоке началось только в 50-х годах XIX века. Территория вдоль Амура была предметом постоянных споров с Китаем до 1858-1860 годов, когда России удалось присоединить примерно 644 000 квадратных километров территории и провести демаркацию по реке Амур. Численность населения на российском Дальнем Востоке того времени составляла всего 15 000 человек26. Государство приложило значительные усилия по привлечению поселенцев в этот отдаленный регион. Уже в 60-х годах XIX века мигранты были освобождены от воинской повинности в качестве поощрения за миграцию на Дальний Восток27. В 1883 году государство начало оплачивать переезд переселенцев на Дальний Восток, отдавая особое предпочтение земледельцам из Западной Украины, «изголодавшимся по земле»28. Тем не менее, регион страдал от заметно более низких темпов добровольного или принудительного заселения, чем Сибирь. К переписи 1897 года численность населения на российском Дальнем Востоке едва перевалила за 300 000 человек29. При этом большинство этих переселенцев сосредоточились в Приморье, поближе к тихоокеанскому побережью30. К концу царского правления внутренние районы Сибири за пределами окрестностей Транссибирской магистрали были едва обозначены на карте, не говоря уже об их заселении. Разумеется, крупномасштабное заселение и, в конечном счете, урбанизация Сибири в царской России были просто невозможны, так как затраты на заселение, освоение и содержание такого огромного и холодного региона были слишком обременительны для рыночных сил. Несмотря на то что имперскому государству тоже были присущи централизация и администрирование, оно в основном придерживалось рыночной ориентации. К тому же цари обычно имели большие долги и правили империей, обходясь скудными средствами31. Только Советский Союз - тоталитарное государство с принуждением, заложенным в его сути, с высокой степенью централизации производства и распределения ресурсов и абсолютным отсутствием стоимостных критериев - был действительно в состоянии покорить Сибирь. Плановые структуры и органы госбезопасности в массовом порядке отправляли людей из Европейской России в холод и безмерную даль с целью заселения Сибири. Советский Союз был государством, строившим и обогревавшим города, используя энергетические ресурсы региона (богатые запасы нефти и газа, ме- ________________ Глава 5. Сибир ь - по ле экспериментов и ошибок сторождения угля), и снабжавшим эти регионы, доставляя товары за тысячи километров по Транссибирской магистрали, а затем судами по сибирским рекам и, наконец, самолетами или вертолетами к отдаленным поселениям.
|